Максим Голубев (carabaas) wrote,
Максим Голубев
carabaas

Андрей Владимирович Станишевский



Учился один год у киевского востоковеда А.Е. Крымского, в 1922 г. прибыл в Туркестан где стал сотрудником Экономических совещаний. В 1923-25 гг. работал в Ташкенте с документами архива Туркестанского генерал-губернатора.

В 1928 г. отправляется на Памир заместителем А.И. Степанова «для противодействия английской разведке» по линии ГПУ. В 1929 г. на его квартире в Хороге состоялся религиозный диспут между памирскими исмаилитами и ахмадийским проповедником из Пешавара.

С 1933 г. по поручению В.Р. Менжинского занимался историей басмачества в Москве. Работу не завершил, т.к. был назначен начальником Особой партии Таджикско-Памирской экспедиции, возглавлявшейся Н.Г. Горбуновым (с управляющим делами Совнаркома Горбуновым Станишевский познакомился на Памире в 1931 г. о чем участник экспедиции В.А. Шнейдеров оставил рассказ под названием «Ночь в особом отделе»).

В конце 1933 г. демобилизуется и переезжает в Москву где занимается научной работой и литературным трудом; под псевдонимом Азиз Ниалло опубликовал несколько повестей о Памире и Гиндукуше, в которых содержатся интереснейшие этнографические данные.

В 1941 г. уходит добровольцем в армию, направляется в Среднюю Азию, а оттуда в Иран. В 1947 г. работает на Памире. Затем занимался академическими памирскими исследованиями.

Эти сведения почерпнуты из Т.Г. Абаева, Исследования А.В. Станишевского (Азиза Ниалло) о Памире, Страны и народы Востока, вып. XVI, Памир, 1975 стр. 262-291.

Что еще известно о Станишевском: в 1920-е – начале 1930 гг. обычных институтов советской власти на Памире не было, а вся власть принадлежала чекистам и Памирскому пограничному отряду. В силу своих знаний и обширных контактов с местным населением Станишевский превратился в неофициального правителя Памира, вел обширную агентурную работу против Британии. Достаточным весом пользовался и в Москве, по его словам, именно благодаря его заступничеству органы не тронули известного ленинградского ираниста профессора И.И. Зарубина, который в 1917 г. был комиссаром Временного правительства на Памире и способствовал раскрытию заговора по вытеснению России с Памира.

1937 г. он пересидел в сумасшедшем доме. Во время войны по всей видимости служил в разведке ТуркВО, в 1947 г. в составе Советско-афганской комиссии по разграничению на Памире. Демобилизовался в звании подполковника. Умер в Ташкенте в середине 1990-х гг. После его смерти многие материалы из его архива были приобретены узбекскими исламистами.

отсюда

В жизни каждого человека бывают встречи, которые оставляют глубокий след в душе и сердце, становятся незабываемыми. Именно так произошло после того. как я встретился с Андреем Владимировичем Станишевским.

Наверно именно о таких, поистине уникальных людях как он, писал поэт: «огромная совесть стоит за плечами, огромная жизнь расправляет крыла». И еще будет истинной правдой, если сказать, что он был человеком-легендой. Многие годы его жизни, творческой, исследовательской и научной деятельности связаны с Узбекистаном. Родился во Владикавказе в 1904 году, умер в Ташкенте в 1994 году.

Как он расссказывал, его довольно долгая жизнь была переполнена возможными и невозможными коллизиями, поездками в разные страны в условиях довоенного и послевоенного времени и многими другими событиями. Он был очень хорошим писателем, историком, востоковедом, этнографом, географом, человеком знавшим несколько иностранных языков, слышал также, что он был еще и разведчиком. Мы вели с ним долгие беседы на различные темы, но только не об этом. В приветственном адресе в честь одного из юбилеев Андрея Владимировича, было сказано, что у каждого человека есть два возраста – физический и биологический. И что, если сложить вместе все то, что он сделал в самых разных направлениях своей жизни, творческой и научной деятельности, получается, что он прожил 250 лет! Андрей Владимирович показывал мне это поздравление с доброй улыбкой и чувством некоторой гордости. И в самом деле, довольно трудно это представить и есть чем гордиться.

Самые различные пласты жизни в нашем крае, Средней Азии, других странах континента в течении многих лет 20 века блистательно описаны Станишевским в романах «Так говорят Памирские горы», «Страна затерянных гор». Повесть о Северо-Западной Индии», «Разбуженный Восток» и других книгах, а также различных исследованиях. Но в данном случае, не об этом речь. Думается, стоит рассказать о нем, как о человеке, о наших довольно длительных беседах в его квартире по улице Пишпекской, что на ташкентском Дархане.

С этим удивительным во всех отношениях человеком - легендой я познакомился в последние годы его жизни. Первая, чисто журналистская встреча, переросла в добрые дружественные отношения. И я появлялся в его очень скромной квартире, в которой не было ничего лишнего и на первом плане были только книги и научная литература, как только появлялась какая-то возможность. Наши беседы носили очень интересный, углубленный характер. За чисто внешней фактурой этого по-домашнему одетого человека в возрасте, с очень впечатляющей, белой бородой, угадывалась мощная фигура человека, прожившего большую жизнь, много видевшего на своем веку и много сделавшего. Он был человеком, у которого было свое, собственное, углубленное мнение обо всем, что мы говорили. А разговор шел о многом. К примеру, о войне в Афганистане, где увязла армия бывшего Союза. Он считал, что эту страну невозможно победить, никому и ни при каких обстоятельствах. – Судите сами, - говорил он, можно ли победить гордый, свободолюбивый народ, который готов к любым трудностям жизни в условиях гор, холода и непогоды? Приводились такие аргументы. В условиях военного времени афганцы могут совершать многочасовые пешие переходы в горах, даже если нет обуви на ногах, в любых погодных условиях. Им достаточно сделать небольшую остановку, чтобы разжечь костер, погреть у него недолго ступни ног и потом двинуться дальше… И еще отмечалось, что они, будучи вооруженными только одними винтовками, смогли в свое время нанести поражение хорошо вооруженным войскам английских колонизаторов. И это говорит о многом. Потому, - сказал он, никакая, самая хорошо вооруженная иностранная армия в этой стране успеха не добъется. Как мы знаем, так оно и происходит до сих пор.

Я помню, что он говорил, что ему довелось по делам службы быть не только в Афганистане, но и Иране, Эфиопии, Индии, горном Бадахшане и где еще я не знаю. Особо следует сказать о том, как он занимался укреплением своего здоровья по очень любимой им индийской системе йогов. Это помогало ему добиваться совершенно невозможного в деле укрепления здоровья, регулирования всех процессов в организме и продления жизни. Занятия шли регулярно, по несколько часов в день, что давало ему возможность делать совершенно невероятные вещи. Так, он мог, если это надо, на некоторое мгновение останавливать работу своего сердца. Станишевский добился столь внушительных результатов, что, по его рассказам, он мог без особого затруднения доставать большим пальцем правой ноги левого уха, и наоборот, левой - правого уха. Однажды он рассказал о совершенно невероятном случае из своей жизни в годы Второй мировой войны, когда у него был обнаружен туберкулез легких. В военном госпитале. где его лечили и он лежал в состоянии некоторого беспамятства. Профессор, проводивший обход палаты и осмотр пациентов, подойдя к его кровати, сказал, что здесь останавливаться не стоит, так как этот пациент безнадежен. Каким-то чудом, Андрей Владимирович услышал этот приговор и сказал себе – я должен выжить, а этот профессор уйдет из жизни раньше меня. Впоследствии так оно и случилось. Станишевский дал себе команду - по системе йогов выключить из области дыхания пораженные туберкулезом легкие и стал дышать только здоровой частью своих легких. Это и проведенное потом правильное лечение спасло ему тогда жизнь.

Иногда ему доводилось в учебных целях показывать свои возможности управления организмом нашим военным медикам, когда к нему обращались с такой просьбой. Его радовали перемены, происходящие в нашей стране с обретением независимости и он говорил, что у Узбекистана счастливое будущее.

В пору наших бесед этому очень старому и мудрому человеку был нужен литературный секретарь. Сделанное тогда мне такое предложение в силу ряда обстоятельств, большой занятости журналистской деятельностью, я принять не мог. Станишевского вскоре не стало, но вспоминаю о нем, беседах с ним, довольно часто. Забыть его просто невозможно.

отсюда
Tags: разведка, роман
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments