Максим Голубев (carabaas) wrote,
Максим Голубев
carabaas

Categories:

Москва заминирована

1981 год. Перед готовящимся XXVI съездом КПСС производилась, как водится, очередная зачистка Москвы. Тем паче, незадолго до этого в стране пошли взрывы.

fb8d1fd015b00bd95a3f157b2726b5f0

Вот на этот предмет службы безопасности и проверяли весь центр Москвы. И в ходе совершенно рутинной проверки правительственных сооружений в здании тогдашнего Госплана в Охотном Ряду (нынешняя Госдума), кто-то слишком сильно хлопнул крышкой электрощита, отвалился кусок штукатурки, а за ним обозначился пучок проводов, уходящий в никуда. Довольно быстро выяснили, что провода никак не подходят к задействованной в здании проводке. Более того, кто-то из бывалых людей быстро сообразил, что это не просто так: шнур оказался не электрическим, а... детонирующим. Да еще и трофейным, немецким, образца 1930-1940-х годов! Простучали всю эту проводку и оказалось: в самых "интересных" - опорных - местах подвала здания (который, между прочим, соседствует с сооружениями метрополитена) заложено несколько сот кг взрывчатки! Да еще и в тех точках, одновременный подрыв которых попросту развалил бы здание Госплана на две стороны. Одна часть непроходимыми преградами завалила бы весь Охотный Ряд - до гостиницы "Москва", а вторая - улицу Горького до гостиницы "Националь"...

Разминировали Госплан дней за 10-12: на этажах заминированного здания шла обычная рутина, на улице кипела жизнь, а солдатики таскали ящики с тротилом.


Единственное, что удалось установить с помощью фондов ЦГАСА, так это то, что в период обороны Москвы силами ОМСБОНа была проведена "Подготовка спецмероприятий по личному устному указанию Наркома Внутренних Дел". И под это "мероприятие" была выделена группа комсостава под командованием майора Шперова - начальника инженерной службы бригады. Шперова тогда специально отозвали с Ленинградского шоссе, где он руководил установкой фугасов. Главный подрывник ОМСБОНа (и значит, НКВД) возглавил группу примерно из двух десятков командиров. Из документа следовало, что этой группе выделили несколько километров бикфордова шнура, несколько километров детонирующего электрического шнура, сколько-то там взрывателей и - порядка двух-трех тонн взрывчатки!

Мероприятия проводились в самый пик паники начала октября 1941-го: где, что и как - в документах не обозначено. Потому ясно было лишь одно: в зоне ответственности бригады, в самом центре Москвы, эти самые несколько тонн взрывчатки и заложены. Самое печальное, что искать схемы минирования было бессмысленно: делалось все на живую нитку - никаких схем, никаких карточек минирования.

1236537657_moscow-14

Весной 2005 года строители, занятые демонтажом гостиницы "Москва", обнаружили в большинстве номеров прослушивающие устройства, а теперь выяснилось, что постояльцы отеля в буквальном смысле жили на пороховой бочке. В фундаменте гостиницы нашли 1160 килограммов тротила.

Виктор Александрович Озерецковский. Родился 29 августа 1921 г. в Талдоме Московской области. Из семьи русских аристократов. До 1941 г. работал в типографии газеты «Красный воин». От школы ДОСААФ, где занимался лыжами, в 1941-м был направлен в ЦК комсомола. Оттуда как спортсмена его командируют в Москву, где 8 августа он был зачислен в ОМСБОН НКВД. Занимался минированием зданий столицы и области: устанавливал противотанковые минные поля в Теплом Стане и на Рогачевском шоссе. Готовил к взрывам нефтепромыслы на Северном Кавказе. В апреле 1942 года переведен в Отдельный отряд особого назначения. Награжден знаком «Отличный минер», орденом Красной Звезды, медалями «За оборону Москвы» и «За оборону Кавказа».

Как рассказал Озерецковский, после зачисления в Отдельную мотострелковую бригаду особого назначения (ОМСБОН) его отправили в Орликов переулок. Там были склады:

- Нам выдали гимнастерки, шинели и отправили электричкой на станцию Строитель в Мытищи. Там на стрельбище «Динамо» были разбиты палатки, каждая на отделение - 12 человек. Учили нас подрывному делу инструктора - преподаватели из Энергетического института. Занятия под надзором профессуры и военных шли круглосуточно.

В октябре группу расселили на Лубянке на втором этаже здания бывшего гастронома. Форму и документы забрали. Выдали ватные брюки, телогрейку, наган и финку.

Участникам группы не разрешали ходить по городу:

- Тех, кого патруль ловил в самоволке, сразу отпускали. Мы называли телефон и фамилию высокопоставленного сотрудника НКВД. Тогдашний Военный комендант Москвы Синилов очень раздражался, когда ему сообщали о непонятных хлопцах в телогрейках с наганами. У нас же был приказ хранить тайну даже ценой своей жизни.

- И что вы заминировали?

- Бомбоубежище левого крыла Госснаба (нынешняя Госдума). Думаю, и сейчас я смогу показать это место. Еще хорошо помню, как спускались под сцену Большого театра. Минировали глубоко в подвале прямо под сценой.

Иван Григорьевич Воскресенский. Родился в городе Орле 22 декабря 1918 года. В 1939 году окончил Институт физкультуры имени Сталина. В 1941 году добровольцем ушел на фронт. Но из-под Вязьмы был направлен в Отдельную мотострелковую бригаду особого назначения (ОМСБОН). С 1941 - 1945 гг. проходил службу в 4-м отделе НКВД. После войны открывал по всей России институты физкультуры. Последнее место работы - руководитель кафедры физвоспитания в Кубанском сельхозинституте. Награжден медалью «За оборону Москвы», орденами «Великой Отечественной войны» I степени и Красной Звезды.

- Меня зовут Иван Григорьевич Воскресенский.. В 41-м мы с  Озерецковским были в разных группах ОМСБОНа. Он минировал Госдуму под левым крылом, а я под центральным входом. Я его тогда не знал. Познакомились позже подо Ржевом - он учил меня играть в преферанс. Но была в Госдуме и третья группа саперов. Они закладывали взрывчатку под правое крыло...

- Значит, под гостиницей «Москва» теоретически могут быть еще два склада тротила?

- Вполне возможно. В больших зданиях мы работали несколькими группами. Я уже не помню даже, был ли я в «Москве». Вот в «Метрополе» был точно. Помню, там замечательный бильярд. Нам не разрешали покидать здание, потому мы днем гонять шары. А ночью - минировали. Тротил спрятан надежно!

- Мы аккуратно разбирали пол, чтобы старые плитки уложить на место, - продолжает ветеран. - Потом пробивали шурф метра полтора в диаметре. Долбили землю кирками и ломиками. Когда колодец достигал пятиметровой глубины, в сторону копали камеру. Полтора на полтора метра. Туда опускали мешки. В них в парафиновой бумаге был тротил. Его складывали штабелями. Потом в середине закладывали детонаторы, связанные электрической цепью. От них поднимали наверх обрезиненный электропровод. А яму засыпали и заливали бетоном.
- наши отряды работали по всей улице Горького (нынешняя Тверская), аж до Белорусского вокзала. Мы отвечали за подготовку последнего рубежа обороны.

Москвич Николай Кобзев, пенсионер:

- Осенью 1941 года мне было 15 лет. Я сидел на кухне с отцом. К нам пришел его старый друг. Сел и выложил на стол наган и еще пистолет «ТТ». Отец удивился. Мы знали, что он был начальником пожарной охраны в Люблине. Но друг отца ответил, что сейчас ему поручили заминировать Дом правительства, что за кинотеатром «Ударник». Такими вещами не шутили, скорее всего, папин товарищ задание выполнил.


Саперы и взрывотехники считают, что другие столичные объекты могут тоже оставаться заминированными. Уже после войны стало известно, что к 8 октября 1941 года были составлены списки подлежащих уничтожению зданий - по некоторым данным, более 1500 объектов, в том числе Кремль, гостиницы "Москва" и "Националь", все высотные дома (в те времена - восемь этажей и более), заводы, метро и плотины. Для этого в столицу завезли сотни тонн динамита. Минирование проводилось в строгом соответствии с требованиями устава: закладку взрывчатки контролировал командир, который составлял подробную схему, обозначал ориентиры, составлял тот самый "формуляр об инженерно-технической защите" и направлял его командованию. Эти формуляры, по воспоминаниям военных, передавались в НКВД СССР, а именно - начальнику Управления коменданта Московского Кремля генерал-майору Николаю Спиридонову. И все - больше военные их не видели... Полный список объектов до сих пор неизвестен.
"Достоверен факт минирования города в годы Великой Отечественной войны, - подтвердила заместитель директора по науке Музея истории Москвы Татьяна Горбачева, - а вот о том, что это за здания, могут сказать только специалисты".

Мины ждут своего часа, тонны тротила, динамита и черт знает еще чего по сию пору таятся под "главными железнодорожными вокзалами", "некоторыми жилыми зданиями", "некоторыми станциями метрополитена". Да, не забудем еще и стадион "Динамо", а также Колонный зал Дома союзов - именно там осенью 1941-го располагался штаб ОМСБОН. Кто теперь знает точно, был заминирован Телеграф или Университет на Моховой? Кто знает, может быть, те ребята уложили фугасы по ВСЕЙ трассе - в коллекторы Ленинградского проспекта и улицы Горького, заминировав и ВСЕ наиболее видные здания вдоль этой линии смерти. С прилегающими улицами - фланги тоже надо было прикрыть. И практически ничего из всего этого так и не было изъято.
Десятки зданий в Москве нашпигованы взрывчаткой времен Второй мировой войны. По мнению специалистов, старая "пороховая бочка" может преподнести любые сюрпризы
Tags: история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 21 comments